» » » МАМОНТОВ С.И. Многоликий арт

МАМОНТОВ С.И. Многоликий арт

Русский Медичи

Кто в России конца XIX века не знал Савву Мамонтова?

Знали все и при этом не знал никто. 

"Мамонтов многорук: Васнецова в люди вывел, Косте Коровину дорогу расчистил, теперь с Врубелем возится, как мать с новорожденным..." - писал А. Амфитеатров.
Наследник старинного купеческого рода, знаменитый предприниматель и покровитель искусств, Савва Иванович одновременно участвовал во множестве, казалось бы, совершенно несовместимых проектов: строил железные дороги и создавал первую русскую частную оперную труппу, учился на скульптора и вкладывался в открытие технических училищ, помогал художникам и развивал освоение крайнего Севера.

Деятельность его была настолько бурной и разноплановой, что из современников никто не понимал ее до конца. "Основное дело Саввы Мамонтова — железные дороги. И строит он их часто из идейных соображений", - говорили одни газеты, в то время как другие писали, что главное в жизни этого миллионщика — страсть к искусству. 

Лишь сейчас, когда наследие Мамонтова прошло испытание временем, исследователи могут оценить в полной мере вклад в российскую и мировую культуру «Саввы Великолепного» (так за глаза называли Мамонтова по аналогии с флорентийским Лоренцо Великолепным меценатом из рода Медичи).

Человек-водоворот

Третий сын в семье богатейшего сибирского предпринимателя, Савва с детства пугал отца эмоциональностью, страстью к всевозможным искусствам и нежеланием посвящать будущее семейному делу.

В гимназии мальчик учился абы как, а на юридический факультет университета поступил только потому, что отец нанял подставное лицо, сдавшее за Савву латынь. Профильные предметы студент-Мамонтов беззаботно игнорировал, зато посещал лекции по анатомии и университетский театральный кружок. В юридические учебники не заглядывал, зато перечитал всю современную литературу, о которой с большим успехом делал доклады среди прогрессивного студенчества. Посещал «сборища опасных бунтовщиков» и участвовал в острых политических репризах.

От греха подальше отец отослал 20-летнего Савву набираться ума-разума в Баку, где поручил ему первое самостоятельное дело: импорт товаров из Персии. Торговля шла хорошо. Успокоенный отец, наконец, увидел, что мальчик может быть «не фигляром, а помощником», привлек сына к еще нескольким направлениям семейных дел, перевел в Москву. Но тут юный Мамонтов снова принялся за старое. Вырвавшись ради поправки здоровья из предпринимательской среды в Италию, он пустился, как писал обеспокоенный отец «музыкантить, петь и кувыркаться в драматическом обществе».

Внимание вопрос

В пору активной бизнес-юности в Баку, импортируя товар из Сирии, Савва Мамонтов подъезжал к таможенному посту на лучшем скакуне, после чего, приосанившись, сверкал глазами и гневно кричал:
«Прочь с дороги! Пошлина уплачена на границе Персии, по договору российского императора Александра и великого падишаха Персии несравненного Насреддина!»
Мытари, ожидавшие барыша и от всех остальных его всегда получающие, моментально скисали и пропускали караван Саввы без взяток.
Это был единственный повод, заставивший отца Саввы сказать: «Не зря Саввушка всем этим увлекался».
О каком увлечении речь?

чтобы узнать ответ, кликните по этому блоку

ответ:

О ТЕАТРЕ.
Отец лишь в этом случае признал, что сыну могут пригодиться навыки актерского мастерства.

К счастью, в Италии Савва встретил свою будущую супругу —  Елизавету Григорьевну Сапожникову, нежно увлеченную музыкой и искусством, и так же как сам Савва Иванович готовую всячески помогать развитию мировой культуры, но при этом вполне здравомыслящую. Ее мудрость и дипломатические таланты помогли Савве обрести гармонию и мир с семьей: юный «человек-водоворот» научился мастерски балансировать между беззаветным служением искусству и предпринимательской деятельностью.

Сами с усами

Персональные успехи в творчестве, кстати, у Саввы Ивановича были удивительные.

Еще до женитьбы он брал уроки вокала и с успехом спел несколько басовых партий на сцене «Ла Скала» в Милане. Потом обучался лепке в Риме у скульптора М.М. Антокольского и заслужил лестные отзывы этого довольно строгого и сухого на похвалы педагога. Пробовал себя Савва Иванович и как драматург, обеспечивая домашний театр материалами для постановок. А позже, уже открыв первую в России частную «Новую оперу», занимался совершенно неизвестным в те времена видом творчества, именуемым сегодня «обязанности художественного руководителя».

Займись Савва какой-то из этих областей более скрупулезно, удели больше времени и сил, наверняка стал бы прославленным художником. Но его куда больше занимали достижения иного характера: по меткому выражению искусствоведа Якова Тугендхольда «Другие коллекционировали искусство, Мамонтов же его двигал». Он открывал новые таланты (например, вывел на сцену своей оперы еще совсем незнаменитого Федора Шаляпина), создавал среду общения, находил для художников заказы, подавал идеи и предлагал проекты. Был, как вспоминал художник В. Васнецов «не художником, но главным творцом художественной среды». 

Внимание вопрос

В семье у Мамонтовых было пятеро детей. Сергей, Андрей, Всеволод, Вера и Александра.
Считается, что имена отец подбирал не по церковному календарю, как было принято, а с неким умыслом.
С каким?

чтобы узнать ответ, кликните по этому блоку

ответ:

По первым буквам имен детей — Сергей, Андрей, Всеволод, Вера и Александра — получалось имя
САВВА.

Нет пророка в своем отечестве

Критиковали Савву Ивановича нещадно. За то, что хватал по верхам, за то, что говорил много, вдохновенно и часто непонятно перескакивая с темы на тему, за то, что одновременно руководил постановкой спектакля, договаривался о заказе на картину и отвечал на важные телеграммы по строительству железных дорог, из-за чего, как признавал композитор Серов (отец художника) «обязательно в чем-то прокалывался».

«В оркестре помимо фальшивых нот не хватало некоторых инструментов, — вспоминает о постановке своей работы в мамонтовской «Новой опере» композитор Римский-Корсаков. —  Хористы в первой картине пели по нотам, держа их в руках вместо обеденного меню, а в четвертой картине хор вовсе не пел, а играл один оркестр. Все объяснялось спешностью постановки».

«Тип старых бар, заводивших с жиру „собственные“ театры и оркестры, на Руси ещё не вывелся. Раскройте житие железнодорожного барина г. Саввы Мамонтова, и вы убедитесь в целости типа», — пишет Чехов в 1885 году.

«И куда он годится теперь, когда у него нет денег? Это единственное, что его украшало!» — говорит про уже разорившегося Мамонтова Надежда Забела —  певица «Новой оперы» и жена Михаила Врубеля, с которым, между прочим, Мамонтов, по всеобщему мнению, «носился как с младенцем».   

Или все же есть?

Сейчас, по прошествии почти полутора веков, когда понятно истинное предназначение Саввы Мамонтова такие замечания выглядят то неуместно, то недальновидно, то абсолютно незначимо.

«Но у публики опера имела громадный успех, что и требовалось С.И. Мамонтову, — заканчивал свои воспоминания Римский-Корсаков  — Я был возмущен, но меня вызывали, подносили венки, артисты и Савва Иванович всячески меня чествовали, и я попал как «кур в ощип».

Ключевое тут «успех у публики» — в этой популяризации и был весь смысл. До Мамонтова русская опера не имела никакого статуса: все ставили итальянских композиторов, а браться за Мусоргского, Даргомыжского, Римского-Корсакова даже не собирались. Мамонтов сумел сломать этот стереотип, обрисовав миру потенциал многих наших выдающихся соотечественников.  Отдельной находкой оперных постановок стали авангардные театральные декорации в опере Мамонтова. Художниками для них стали Поленов, Васнецов, Коровин, Врубель. Миор оперы сделался существенно богаче и зрелищнее. И, главное, все представление стало театральным, объединенным общей сверхзадачей. До Мамонтова в опере исполнители только пели — с его приходом стали и играть. И это был культурный прогресс мирового масштаба.

Что о домашнем театре в имении Мамонтовых — да, он был далеко не совершенен. Но давайте не будем забывать, сколько талантливых исполнителей впервые выступали именно там, и для скольких грандиозных художников-декораторов эти представления стали плацдармом для будущих работ в только еще формирующемся тогда жанре театральной живописи.

При этом все разы, когда Савва Иванович «проколовшись» мог кого-то подвести, он тут же бросался спасать ситуацию. Например, однажды, специально для бедствующего и неуверенного в себе Виктора Васнецова он нашел заказ на картины в кабинет правления Донецкой дороги, но забыл сговориться о нюансах сделки. Правление платить отказалось. Что ж, Савва с братом тут же приобрели эти картины для себя. Или когда-то, уговорив Михаила Врубеля участвовать в промышленной выставке в Новгороде, Мамонтов, узнав, что жюри отвергло картины, назло всем критиканам, специально для картин Михаила Александровича выстроил отдельный павильон.

Да, был речист и часто многословен, да, барствовал и любил прихвастнуть. Например, в ответ на рассказы Ивана Тургенева о Флобере, предпочитающем улиток, и Золя обожающим морских ежей и икру каракатиц, Савва пообещал в следующий раз угостить гостя… мясом мамонта. Сказал, мол, по первому же требованию ему привезут мамонта с Таймыра, где мясо древних животных отлично сохранилось в вечной мерзлоте. Да, обожал розыгрыши и глупые буффонады: то придумает мериться лысинами с гостями, то переоденет всех друзей в чертей и пустится кататься с друзьями по Риму. Да, умудрился увлечься одной из своих певиц и беззаботно передать ее сестре бразды правления «Новой оперы», чем в итоге загубил свое дело на корню. Но все же, в тот момент, когда речь шла о человеческом достоинстве, поощрении творчества и прочих действительно важных вещах, Савва Иванович всегда был строг и очень чистоплотен.

Тем удивительнее и несправедливей история финансового краха Саввы Мамонтова.

Оправдан, но разочарован

В начале 1890-х годов Савва Иванович начал осуществлять грандиозный замысел по конгломерату промышленности и транспорта. Хотел объединить железные дороги и взятые в аренду у казны модернизированные крупные предприятия. Увы, вовремя погасить взятые ссуды не удалось.

Среди кредиторов нашлись могущественные предприятия, а министр С. Ю. Витте отказался дать спасительный займ. В результате все имущество Саввы Мамонтова было описано, а сам миллионщик объявлен банкротом и арестован «за финансовую халатность».

Пять месяцев он провел в одиночной камере Таганской тюрьмы. Все это время, что бы там ни говорила Надежда Забела, друзья хлопотали о разорившемся меценате, как могли. Художники писали обращения в правительство с заверениями, что знают Савву Ивановича как порядочного человека, который ошибиться мог, но обокрасть нарочно – никогда. Рабочие вторили им коллективными прошения. В июне 1900 года суд присяжных не нашел в действиях Мамонтова злого умысла. Савва Иванович был полностью оправдан, но, потеряв репутацию и капитал, в «светскую жизнь» уже не возвращался.

Последние восемнадцать лет жизни он провел в усадьбе своей дочери у Бутырской заставы, имея от расположенной там же небольшой гончарной мастерской довольно скромные, но стабильные доходы. Все эти годы Савва Иванович жил замкнуто и тихо, но не растратил ни любовь к искусству, ни настоящих друзей. Здесь Мамонтова посещали Поленов, Серов, Васнецов... Здесь знаменитая майолика обрела новую жизнь и начала свой новый путь к славе.

Абрамцево

Отдельной главой биографии и одной из самых важных вех мамонтовского наследия по праву считается создание литературно-художественного кружка в усадьбе Абрамцево.

После рождения третьего ребенка чета Мамонтовых окончательно решила перебираться в загородный дом. Было отсмотрено множество предложений, но тут пришло известие, что в Подмосковье (сейчас это 60 км. от Москвы) в живописнейших местах выставлена на продажу усадьба умершего десять лет назад писателя Сергея Аксакова. Тот самый дом, в котором хозяином писался «Аленький цветочек». Тот самый, где любили гостить Гоголь и Тургенев. Конечно, Мамонтовы тут же принимают решение купить усадьбу и восстановить в ней творческий дух.

«После П. М. Третьякова Мамонтов был одной из выдающихся фигур меценатствующей Москвы, он создал первую русскую богему — Абрамцево — наш Барбизон», — говорил  живописец Петров-Водкин.

Внимание вопрос

В домашнем театре Абрамцево выступало множество интересных актеров. Серди них и 15-летний родственник Саввы Мамонтова – человек безусловно талантливый, очень увлеченный сценическим мастерством, но еще никому не известный. Позже он станет знаменит на весь мир.
О ком идет речь?

чтобы узнать ответ, кликните по этому блоку

ответ:

КОНСТАНТИН СТАНИСЛАВСКИЙ
(тогда еще Костя Алексеев).

Начиная с 1870-года, перейдя в собственность гостеприимных «Саввы и Лизы», Абрамцево становится центром притяжения всех творческих людей и идей. Среди посещавших мамонтовскую усадьбу были: И.С. Тургенев, М.М. Антокольский, В.М. Васнецов, М.В. Нестеров, В.И. Суриков, В.А. Серов, В.Д. Поленов, М.А. Врубель, К.А. Коровин, И.Е. Репин… Кто-то приезжал на весь сезон, кто-то – на краткосрочную вакацию. Хозяева всем были рады, для всех находились и роль в общем деле (помимо усовершенствования территории в усадьбе проводились также самые настоящие исследовательские художественные работы), и время на уединенное творчество, и теплые слова, и возможность поделиться идеями с единомышленниками. Душой этого дома стала Елизавета Григорьевна. Именно с ее подачи была построена лечебница для окрестных крестьян, воздвигнут и освящен храм Спаса Нерукотворного, созданы керамическая и резческая мастерские, собирающие и перерабатывающие народные орнаменты и мотивы.

Внимание вопрос

По одной из версий, жена брата Саввы Ивановича однажды получила в подарок интересный сувенир: сложносоставную символическую японскую статуэтку. Художник Малютин и токарь Звездочкин, увидев этот сувенир, создали нечто весьма необычное. Савва Мамонтов, оценив потенциал получившегося изобретения, наладил в своих мастерских массовое его производство.
О чем идет речь?

чтобы узнать ответ, кликните по этому блоку

ответ:

По одной из версий так появилась
МАТРЕШКА.

Сделавшись своеобразным «домом творчества» Абрамцево послужило и мастерской, и местом силы, и натурой для многих великих художественных произведений. В картине Васнецова «Три Богатыря» ландшафт писан с натуры в Абрамцево, Алеша Попович — это портрет Дрюши (сына Саввы Ивановича и Елизаветы Григорьевны), а конь Ильи Муромца — лучший битюк из мамонтовских конюшен. Для знаменитой «Девочки с персиками» Серова позировала 11-летня Вера (дочь Саввы Ивановича и Елизаветы Григорьевны). В Абрамцево также были написаны и знаменитые этюды Репина, и многие работы Поленова. Душой керамической мастерской и самым ярким создателем причудливых росписей был Михаил Врубель. Среди прочих работ именно тут по его эскизу было изготовлено знаменитой панно «Принцесса Греза».

После 1917 года усадьба была национализирована. Дочери Саввы и Елизаветы — Александре — удалось добиться открытия музея, в котором она стала первой хранительницей. Сейчас в усадьбе расположен Государственный историко-художественный и литературный музей-заповедник, хранящий более 25 000 экспонатов, посвященных жизни и творчеству бывших хозяев усадьбы и их знаменитых гостей. На территории разбит прекрасный парк, представлены памятники архитектуры XVIII—XIX веков, и, главное, сохранен дух настоящего артистического содружества, привлекающий сюда как туристов, так и творческих людей со всего мира.